Генеральный директор Михаил Кузнецов: «Придут инвесторы, готовые привести сети в порядок, не дожидаясь, пока рванет»

"Закон об «альтернативной котельной» призван дать инвесторам гарантии возврата их средств, дать почву под ногами. Он полезен и с инвестиционной, и с операционной точек зрения: у тех, кто владеет объектами теплоснабжения, он создаст ощущение, что их деятельность способна приносить стабильный доход, за этот бизнес стоит держаться", - Михаил Кузнецов

Генеральный директор Сибирской генерирующей компании (СГК) Михаил Кузнецов о том, зачем необходима реформа теплоснабжения и почему этой отрасли не нужна государственная опека


– СГК активно поддерживает переход к ценообразованию в теплоэнергетике по методу «альтернативной котельной». Почему?

– Последние 20 лет ни в одном регионе страны теплосетевая деятельность не финансируется на должном уровне. Как следствие, растет аварийность, и в ближайшие годы этот рост ускорится. Одновременно крупные энергетические компании – и СГК в том числе – готовы и хотят инвестировать в российское теплоснабжение, готовы сделать его бесперебойным, удобным и в полном смысле слова современным. Мешают две вещи: отсутствие гарантий возврата инвестиций и бюджетные дотации в адрес неэффективных источников теплоснабжения. Отрасли не нужна государственная опека, она только сбивает с толку тех, кто в перспективе мог бы в нее вложиться. Как только два этих фактора уйдут, в отрасль придут деньги.

Закон об «альтернативной котельной» призван дать инвесторам гарантии возврата их средств, дать почву под ногами. Он полезен и с инвестиционной, и с операционной точек зрения: у тех, кто владеет объектами теплоснабжения, он создаст ощущение, что их деятельность способна приносить стабильный доход, за этот бизнес стоит держаться.

– Но инвестиции будут возвращаться долго.

– Мы крупная компания, мыслим на 30–40 лет вперед и готовы к тому, что, вложившись, только через 10 лет начнем получать свои деньги обратно, а еще через 10 выйдем в прибыль. Нас эти сроки не пугают. Банки осознают, что любая компания развивается на заемные средства <...> Доверие со стороны банков открывает перед нами возможности для увеличения заимствований, которые позволят профинансировать инвестпроекты, причем эти средства растворятся в российской экономике, пойдут на зарплату граждан, на развитие предприятий – все комплектующие мы закупаем исключительно внутри страны. Котлы для Рубцовска приобретаем в Бийске, трубы – на Урале, изоляцию делает красноярский филиал «СибЭРа»...

– Вы говорите, что переход на «альтернативную котельную» не приведет к росту тарифов. А вот в Минэнерго посчитали, что в большинстве регионов поднимать их все-таки придется.

– Вопрос в том, как считать. Минэнерго берет по максимуму: если в городе N «альтернативная котельная» 2500 руб., значит, и тариф на услуги отопления для потребителей будет такой, если сейчас жители платят 1600 руб., соответственно, придется платить больше и начнется общественное недовольство. Но по факту-то я приду к губернатору края, где расположен город N, с предложением переформатировать всю их тепловую систему – с условием, что нынешний тариф сохранится. Мы сможем использовать внутренние резервы хозяйства для получения прибыли. Так что [на самом деле] тариф может быть намного ниже «альткотельной» – если нам достаточно, например, 0,6 от «альткотельной», чтобы переложить сети (и это та сумма, которую жители и так платят сегодня за тепло), то зачем требовать больше? Но у меня [как у инвестора] появится уверенность, что тариф будет расти по инфляции, а не так, как захочется руководителю РЭК, или губернатору, или кому-то в ФАС, и с этой уверенностью я отправляюсь в банк за кредитом.

Одно из главных преимуществ закона об «альтернативной котельной» – его гибкость: он отлично применим и в регионах, где теплосети финансируются недостаточно, и там, где текущего тарифа вполне хватает. Компания закладывает получившуюся сумму тарифа в свои инвестпроекты, убеждается, что большинство из них может быть реализовано в конкретном регионе на таких условиях. Затем компания и губернатор подписывают соглашение, в котором фиксируют действующий тариф и при этом гарантируют инвестору его возврат вложенных средств. Опыт Рубцовска показывает, что, найдя с властями общий язык, можно добиться результатов.

– Наверняка вы в СГК следите за ситуацией на рынке и в других регионах.

– Конечно, следим – и видим узкие места. К примеру, очевидно, что Новокузнецк через несколько лет вынужден будет закрыть Центральную ТЭЦ, которая построена еще в 1930-е гг., – она генерирует миллиардные убытки (СГК владеет Кузнецкой ТЭЦ, которая обеспечивает теплом три района города. – «Ведомости&»). СГК способна спасти положение, для этого потребуется вложить 5 млрд руб., но, поскольку Кузнецкая ТЭЦ будет отпускать намного больше тепла, чем сейчас, увеличение мощности обойдется очень дешево. У меня есть основания верить, что мы сумеем убедить власти перейти на тариф «альткотельной» во всех регионах нашего присутствия.

– Чиновники опасаются, что простые потребители в страхе перед ростом тарифа выйдут на улицу. При этом сами же признают, что в ряде регионов тарифы можно было бы снизить, но вместо этого их предлагается заморозить.

– Этот вопрос стоит задать Минэнерго. У нас есть ряд предложений по снижению тарифов – например, в предложении по Железногорску (Красноярский край) стоит 10%-ное снижение. Не очень понятно, чего боятся чиновники. Что губернатор, вступив в сговор с акулами империализма, вдвое повысит тариф? Никакой губернатор этого не допустит. Решение об «альткотельной» губернатор принимает сугубо добровольно. Но понимает и то, что, если местная теплоэнергетика потребует срочных вливаний, тариф придется резко поднимать без всякой «альткотельной». И что «альткотельная», напротив, позволит этого роста избежать: с принятием закона в регион придут инвесторы, готовые привести сети в порядок, не дожидаясь, пока рванет. В своем нынешнем виде закон об «альткотельной» вполне применим к 80% случаев в российской теплоэнергетике.

– Сколько лет, на ваш взгляд, нужно, чтобы ваш опыт начал менять систему теплоснабжения?

– Максимум через 2–3 года мы сможем продемонстрировать истории успеха, которые стали возможны благодаря «альткотельной». К примеру, сейчас жители Черногорска (Республика Хакасия. – «Ведомости&») задыхаются от выбросов котельных, страдают без своевременно поданных тепла и горячей воды (в Черногорске обсуждается возможность реконструкции системы теплоснабжения с переключением потребителей на теплоснабжение от подконтрольной СГК Абаканской ТЭЦ. – «Ведомости&»). За три года мы благодаря «альткотельной» можем заместить эти мощности мощностями своей Абаканской ТЭЦ. Жителям станет лучше, при этом они не начнут платить больше. Мы за это время загрузим своими заказами заводы, заработаем денег и покажем себя хорошим заемщиком.

Надеюсь, трех лет хватит, чтобы исчезли спекулянты, пугающие кратным ростом тарифа, и можно будет беспрепятственно распространить опыт использования «альткотельной» на всю страну, сделать ее чуть более обязательной. В конце концов, любая власть заинтересована в том, чтобы генерацией тепла занималась компания, стремящаяся к прибыли.

Теплоснабжение остро нуждается в структурных изменениях, и их нужно провести, не откладывая.


Михаил Кузнецов

Родился в 1968 г. в Тюмени. Окончил физический факультет Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова.

Работал в банках «Премьер» и МДМ на разных должностях. В 1995 и 1999 гг. избирался депутатом Госдумы. В 2004–2009 гг. – губернатор Псковской области. C 2013 г. возглавляет СГК.


Сибирская генерирующая компания (СГК) работает в Алтайском крае, Кемеровской области, Красноярском крае, Республике Хакасии, Республике Тыва. В нее входят 17 электростанций, 6 теплотранспортных и 1 сбытовая компания в Западной Сибири. В группу входят 4 ГРЭС, 1 ГТЭС и 12 ТЭЦ общей установленной электрической мощностью 7870 МВт и тепловой мощностью 15 612 Гкал/ч, а также тепловые сети общей протяженностью 5428 км, ремонтные и сервисные компании, крупнейшая управляющая компания Красноярска. На долю станций СГК приходится 17–20% выработки тепла и электроэнергии энергосистемы Сибири. Выручка CГК в 2016 г. – 102 млрд руб.


Источник: «Ведомости&»